Количество просмотров: 922
17.11.2012

Реконструкция богословской работы трех Евангельских Соборов. Часть 2

Начинаю публикацию доклада, сделанного на первой богословской конференции «От греков к варягам» 4-6 октября в Санкт-Петербурге. Доклад был посвящен реконструкции богословской работы, проделанной в течение трех Евангельских Соборов. Итоги работы были неожиданны и значимы для меня самого… 
Вторая часть работы посвящена работе Второго Евангельского собора


Второй Евангельский собор

В качестве темы Второго Евангельского собора, который проходил в 2011 году также в Подмосковье, была заявлена «Дорожная карта Евангельского движения«[1]. Тем самым участники собора полагали своей задачей практическую работу с будущим. Потому неудивительно, что основной богословской темой Второго Собора стал вопрос об оправдании будущего.
В качестве богословских итогов работы Собора можно выделить следующие
  был предложен новый взгляд на христоцентричность
  введено представление о перменентной реформации
  заложено основание для нового формата христианского мышления
  предпринята попытка богословского исследования информационного мира
Новая христоцентричность: от Solus Christus к Prima Christus
Реформационный принцип Solus Christus означал, что между человеком и Богом не может и не должно быть никаких посредников, кроме Иисуса Христа. Утверждение этого принципа оказало решающее воздействие на дальнейшее развитие богословия, как протестантских, так и, косвенно, католической и православной церквей. Кроме того, тот факт, что человек оказался один на один перед лицом Божьим, имел не только богословские и литургические, но и значимые социальные последствия.
Однако как сам принцип, он полагал основания именно предстоянию человека перед Богом. Есть и вторая часть: когда мы приходим к Богу, Он посылает нас в мир, чтобы в этом мире утвердить Его Царство. Иными словами, утвердить во всех сферах жизни превосходство Христа. Вот почему сегодня, не оставляя Solus Christus, нам необходимо положить и Prima Christus, тем самым полагая целевую рамку миссии Церкви.
Последующая богословская работа должна определить, в чем именно должно выражаться превосходство (господство) Христа в жизни и деятельности христианина, а такжев различных сферах общественной жизни. Нас сегодня явно не удовлетворяет средневековая модель, представляющая господство Христа по образцу восточной деспотии. Но вытеснение веры исключительно в сферу частной жизни человека тоже не кажется адекватным представлением о том, что значит «исповедовать Иисуса Господом» (Рим.10:9-10). Нам нужно увидеть, как превосходство Христа может быть явлено в постсекулярном мире, и какими путями оно может быть достигнуто.
Перманентная реформация как образ жизни Церкви
Тезис о том, что Церковь может оставаться Церковью лишь находясь в процессе постоянной реформации, не является новым. Эти слова приписываются еще Мартину Лютеру (хотя, по всей видимости, были произнесены позднее, но так или иначе, этот тезис органично присутствует как в лютеранском, так и реформаторском богословии). Эта же мысль звучит и в Документах Второго Ватиканского собора. Но для русскоязычного христианства этот тезис кажется новым.
Несмотря на то, что русские религиозные философы неоднократно говорят о том, что Традиция должна все время развиваться, на практике следование Традиции вырождается в традиционализм, в стремление всеми силами избежать любых перемен. Для русского православия, таким образом, само понятие реформации оказалось ругательным. В русском протестантизме ситуация еще более парадоксальная. С одной стороны, русскоязычное евангельское движение тесно связано с европейской Реформацией. С другойэта связь не прямая, а косвенная. Потому и к реформации отношение довольно странное. Часть христиан предпочитают не замечать влияния Реформации на русский протестантизм, отвергают всякую связь того, что происходит в современной евангельской церкви с событиями XVI века. Другая часть к Реформации относится уважительно, именно с ней связывает свои корни, но при этом считает, что все, что нужно, уже было реформировано. И современная церковь (во всяком случае, их конфессия) имеет как раз тот вид, которого ожидает от них Господь. Таким образом, обе эти группы отвергают реформацию как принцип!
С этой точки зрения требование Второго Евангельского собора о перманентной реформации для русскоязычной евангельской церкви является новым и неоднозначным требованием, которое уже встретило немало возражений. Еще более сложным являются вопросы о том, что именно, почему и каким образом должно реформироваться.
Соборное понимание перманентной реформации можно выразить как одновременное движение в двух направлениях: в Вечность, чтобы снова и снова прояснять основания собственной веры, и к современному миру, чтобы лицом к лицу встретиться с теми проблемами и вызовами, на которые Церковь должна ответить, основываясь на Евангелии. Такой взгляд предполагает, что Церковь дорожит своей историей и опирается на богатство богословской мысли и духовного опыта, накопленные за два тысячелетия; однако свой идеал полагает не в прошлом, а в Вечности. А потому никакие прошлые формы, будь то формы церковной жизни и литургии, либо же формулировки догматов и положений веры, не являются принципиально неизменными. Вечна только сама Истина, явленная нам в Иисусе Христе. Наши представления об Истине могут и должны меняться
На сегодняшний день сформулированная и обсуждаются следующие вопросы:
  Как соотносится вечная неизменяемая сущность Церкви с ее временнЫм, историческим, человеческим проявлением?
  Как связаны формы церковной жизни с социальной реальностью современного мира? Насколько допустимы изменения в жизни церкви, и как не размыть границы церкви и мира?
  Как должна выражаться миссия Церкви в современном мире? И как различить в нашей миссии вечное Евангелие от привычных нам культурных форм?
  Что есть подлинная соборность Церкви? Как она может выражаться в современной культуре?
Обсуждение этих вопросов только начато, и пока рано говорить о какихто ответах. Но можно утверждать, что этот поиск ведет Церковь к восстановлению ее оснований и нахождению путей ее воплощения в современном мире.
Христианское мышление: прежние основания, новый формат
Дискуссия вокруг вопроса о христианском мышлении наглядно продемонстрировала, как должна происходить современная реформация. Поскольку в этой дискуссии предпринимались усилия, чтобы прорваться к евангельским основаниям мышления, и с этих позиций дать ответ на актуальные вопросы современной эпистемологии. Собор сформулировал несколько признаков подлинно христианского мышления.
  Христианское мышление догматично, но не косно. Правильно понятая догматика не сковывает ум, а дисциплинирует его. В силу своей принципиальной антиномичности и апофатичности, догмат задает русло мышления: рамочные ограничения и необходимое напряжение для движения мысли.
  Христианское мышление христоцентрично. Это, в частности, означает, что истина для христианского мышления не абстрактна, а личностна и телеологична. Другие представления об истине есть, в лучшем случае, редукция этого целостного представления.
  Христианское мышление тринитарно. Троичное представление о Боге позволяет преодолеть дуализм современного научного мышления и начать мыслить тринитарно. Перенесение этого подхода на решение практических (как инженерных, так и социальных) задач может открыть новые возможности решений там, где раньше казалось, что решения не существует.
  Христианское мышление парадоксально. Как тринитарный, так и христологии чешский догмат сформулирован антиномично, парадоксально. Представляется, что эта парадоксальностьпринципиальное требование к догматической работе. Что, в свою очередь, означает, что мышление, построенное таким образом, может работать с противоречиями, удерживая их именно как противоречия. А значит, сохраняя в себе неисчерпаемые источники для развития. Возможно, именно неспособность удержать эту парадоксальность и стало причиной того, что христианской мышление не смогло удержать мир как целое.
Информационный мир как благословение и как искушение
Предпринятая на Втором Соборе попытка богословского исследования информационного мира дала несколько интересных богословских идей и миссионерских задач.
Вопервых, был выдвинут тезис о том, что информационное пространство (информационный мир) есть Божье творение, человек лишь осваивает и застраивает это пространство так же, как до этого освоил пространство материального мира. А значит, как Божье творение, информационное пространство обладает благой природой, греховность возникает именно благодаря человеческим действиям. Этот тезис сам по себе нуждается в дальнейшей проработке, однако он довольно точно согласуется с некоторыми из современных богословских концепций, согласно которым информирование мира есть основной способ взаимодействия Бога с миром. В этих концепциях Логос и София понимаются именно в терминах информации. Если выдвинутый на Соборе тезис получит свое развитие и подтверждение, это позволит преодолеть демонизацию виртуальности, которая довольно распространена в ряде христианских сообществ. Но при этом точно возникнут новые вопросы. Например, если информационное пространствотакое же благое творение, как и материальный мир, то в этом случае Причастие или бракосочетание по интернету обладают той же сакральной силой, что и в личном присутствии. А интернетцерковьстолт же полноценной формой церковной жизни! Надо сказать, что шаги в этом направлении уже сделаны. Например, уже мало кого смущает молитва по Скайп. Но насколько далеко мы готовы и должны пройти в направлении виртуализации церковной жизни? Где и почему должна быть проведена граница? На эти вопросы нужен подлинно богословский ответ.
Вторым направлением дискуссии было обсуждение миссии в виртуальном мире. Все больше людей не просто пользуются интернетомони буквально живут в нем: поддерживают отношения и заводят новых знакомых, зарабатывают и тратят деньги, развлекаются, обсуждают важные для них вопросыСоциальные сети сегодняэто аналог рыночной площадиагорыантичного полиса. Поскольку именно в сети можно начать разговор на любую тему, и обязательно найдутся те, кто готов этот разговор поддержать. Апостол Павел шел на агору, чтобы найти там готовых услышать Евангелие. Церкви необходимо готовить интернетевангелистов и душе попечителей 2.0, если мы не хотим потерять возможность для служения нашему поколению. Однако подготовка таких служителей также требует богословского основания как самой миссии, так и способов ее осуществления.
*  *  *  *  *
Таким образом, если Первый Собор поставил вопрос об идентичности Евангельского движения, дав тем самым импульс для последующей экклезиологической работы, то Второй Собор показал, что современную экклезиологию нужно обсуждать, вопервых, в деятельном залоге, а вовторых, из перспективы будущего нашего мира. В любом другом случае мы будем описывать не живую Церковь Христову, а ее статичный образ в прошлом. А значит, не сможет дать оснований для служения Церкви в быстроменяющемся мире. Новая экклезиологияэто разговор «в реальном времени» о том, что происходит с Церковью сейчас, это поиск ответов из Вечности на вызовы, возникшие минуту назад. Только такое богословие способно дать основания для служения Церкви сегодня и, тем более, завтра


[1] Материалы Второго Евангельского собора доступны по этой ссылке http://evangelicals.ru/тетрадь003-2/

Оставить комментарии



Добавить комментарий

*